Джей Ирин

Пристань литератора

Дурочка

stupid

По мраморным ступеням великолепного комплекса «Тиви-сеть Тайто» поднималась огромная женщина. На самом деле огромная – словно вылепленная из цельного куска хронолита.

Женщина тяжело шагала вверх, внимательно глядя себе под ноги и не замечая удивленных взглядов окружающих. Шла, аккуратно обходя тут и там бьющие из ступенек фонтанчики голоискр. Толпа снующих вокруг гламо обоих полов расступалась перед женщиной, как стая рыб перед китом. На изысканных мордашках гламо большими буквами светился вопрос: «Кто это? Что это? Кто пустил?».

На самом верху лестницы мускулистые мальчики из службы охраны забеспокоилась. Хватит ли их двоих для защиты от этой… хм… дамы или вызвать помощников? Парни хмуро переглянулись и потянулись к парализаторам на поясах. Когда женщине в темном костюме осталось дойти до охранников каких-то тройку метров, ти-фан старшего смены пискнул. Бледный охранник дернул руку к наушнику. «Пропустить», – скомандовал наушник.

– Сантра, мы так рады! Так рады, ваапще! Приветики! – закричал из-за спин охраны молодой вертлявый парень.

Охранники даже вздрогнули. Сантра медленно подняла взгляд на встречающего паренька. Молодой такой, а глаза старые. Ой ли как не старше он самой Сантры. Видимо, не один пластик-хирург на нем состояние сделал.

– Здравствуйте, – вежливо отозвалась женщина мягким контральто. – Александр?

– Ой, – всплеснул тонкими ручками и засверкал белыми зубами паренек, – Вы меня узнали? Это ваапще полный реактив!

– Нет, – невозмутимо ответила женщина. – Не смотрю вашу Тиви-сеть и не собираюсь в дальнейшем… В приглашении сказано, что вы меня встретите.

– Оу, – оторопело мявкнул Саша, известный продюсер Тиви-сети Ашера. Поморгал пушистыми ресницами. Но, тут же спохватился, и махнул лапкой: – Какие микроши, дорогуля! Идем?

Охранники еще пару минут смотрели в след уходящей вглубь комплекса паре и старательно прятали язвительные улыбки. Сантра шла также величаво, а Саша нарезал круги, как пиранья, что-то весело щебеча.

– Нет, – хлопнула по столешница гримерного столика Сантра. Флакончики и баночки на столике отозвались жалобным звоном. – Никакой попугайской краски на лицо! Я не гламо, что бы клоуном выряжаться.

Тощая гримерша страдальчески глянула через голову женщины-скалы на Сашу. Тот моментально заворковал:

– Что вы, моя дорогуля, что вы! Никакой боевой косметики! Вам это не нужно, мое солнышко. Вы сама мать-природа, сама основа Ашера! Мы только чуть-чуть подправим пару мелких дефек…

– Нет! – рявкнула Сантра, перебивая продюсера.

В комнате повисла тишина. Сантра пожевала тонкими губами, изучая в отражении огромного зеркала гримершу и продюсера. Вздохнула и вымолвила:

– Повышайте гонорар на тридцать процентов…

– Ох, – только и смог ответить Саша. – Мне нужно посоветоваться с руководством.

И выскользнул за дверь. Там он привалился к стене, кисло поулыбался пробегающим мимо знакомым сотрудникам, и вытащил ти-фон.

– Пали, миленький, спасай! – зашептал в аппарат Саша.

– Ну, что там у тебя снова? Простого дела поручить нельзя? Тетка к съемке готова?

– Нет! – простонал тощий продюсер. – Это не женщина, а реактив какой-то, писец в клеточку! Чуть что не так­­ – готова мне голову свернуть! И она очень убедительная… А мне моя голова еще…

– Не ной, Саш… – перебила трубка. – Что стряслось, вообще?

– Не дает к лицу притронуться… Гримерша в ауте… Требует тридцать процентов прибавки!

– Так выгони эту гримершу…

– Тьфу ты, Пали, – сморщился Саша. – Не гримерша требует, а Сантра.

Трубка замолчала. Во время это паузы тощий продюсер нервно теребил ворот белоснежной рубашки в фиолетовых хризантемах.

– Дай ей эти деньги… – выдавил ти-фон. – Все равно вариантов нет.

– Может, найдем посговорчивее? – тихо предложил известный продюсер.

– Угу, – ответили ему. – Она уже сотая, кто пробуется. Мы так разоримся, а сроки поджимают. Это приказ САМОГО Нитупа, ты помнишь? Мы должны впарить мужикам Ашера эту страшную и умную бабу, как символ будущего! Мужичье должно кидаться на подобных теток и уволакивать замуж. Помнишь еще всякое бла-бла насчет вырождения нации и угрозы со стороны Шсаса?

– Я только не понимаю – какая связь между страшными тетками-одиночками и Шсасом, – промямлил продюсер.

– Паранойя! Вот какая связь, – отозвался Палес. – Короче, малыш, наше дело микрошное, мы – профессионалы… Пусть подавится своими процентами. Через полчаса на площадку. Всё!

Оказавшись перед камерами и шеренгой софитов, Сантра помрачнела еще больше.

– Дорогая, ты готова? – выскочил откуда-то со стороны Саша.

– Да, – мрачно отрубила женщина. Она чувствовала себя глупо – аккуратное синее платье жало в самых необычных местах. Грим щипал лицо. В который раз уже женщина кляла саму себя, что согласилась на этот балаган.

– Начинаем! – Крикнули откуда-то сверху. – Сантра! Текст…

Женщина с трудом нашла экран суфлера и стала монотонно зачитывать, мрачно глядя в камеру:

– Я – мать, я – женщина, я много работаю, что б уютным был дом. Но сколько бы я не работала, без тебя, мой родной, все не так… Я одинока, потому что работа…

– Стоп! – завопил кто-то вверху. – Ацтой какой-то! Сантра, добавь хоть какие-то чувства, дорогуля!!

– Да какое тут чувство?! – зарычала в ответ женщина, не понимая, из-за ярких софитов, с кем говорит. – Какое, вашу мать, чувство с этим бредовым текстом? Тьфу!

– Я ща подохну! Твои предложения, умная ты наша? – язвительно донеслось сквозь яркий свет.

– Да легко! – гаркнула в ответ женщина-скала. Встала с пышного кресла. Оглядела площадку, которой какие-то безвестные декораторы придали вид некой уютной квартиры, завалив все поверхности ашерскими вышивками и старинными деревянными игрушками.

– Во-первых, уберите к чертям все эти народные поделки.

– Но это спонсорские товары… – удивленно возразили ей из темноты.

Сантра молча посмотрела в сторону голоса. Вздохнула и продолжила:

– Во-вторых, мне лучше вообще не говорить. Я не актриса. Дайте в стробоскопе просто лицо, квартиру. Я могу что-то делать. Пусть говорит закадровый голос. Мужской, низкий густой голос диктора. Саму картинку сделайте под ретро – с потертостями. Дайте вперебивку цветущие пейзажи Ашера. Что бы ассоциация была…

– Реактив какой-то! – простонал голос за софитами. – Все прямо разбираются в тиви, я вас умаляю!

– Что бы ассоциация была, – упрямо продолжала Сантра, – на природу, основу всего сущего – планету и женщину. Картинка не должна раздражать глаз, должна притягивать, быть необычной и в чем-то даже суровой. В тексте лучше давить на главное: женщина, мать, дом, уют, забота, крепкая семья… Мне нельзя быть страдалицей – комплекция не та. Лучше пусть буду защитницей, матерью для будущего жениха. Цепляем за фрейдистские комплексы…

– Чо? Чиво цепляем? – удивились в темноте.

– Забудьте, – отмахнулась женщина. Помолчала и закончила. – И вы можете все это использовать, доплатив мне еще двадцать процентов.

Все на съемочной площадке горестно вздохнули. Кто-то тихо простонал:

– Ваапще оборзела тетка.

– Двадцать пять, – отозвалась Сантра, и криво улыбнулась.

– Хорошо-хорошо, – завопил Саша, выскользнув откуда-то из-за камер. – Принято! Давайте попробуем так. Копирайтеры, ко мне…

К концу дня вся съемочная группа была на грани истерики, а Сантра все чаще и чаще улыбалась. Наконец, все разошлись. Сантре позволили переодеться в свой костюм и отпустили. Она ушла, что-то тихо напевая под нос.

В гримерной Саша-продюсер устало сел в кресло, еще сохранившее тепло Сантры. Парень задумчиво постукивал ребром ти-фона по стеклянной столешнице.

– Давно я не получал такого удовольствия от съемок, – прошептал себе под нос продюсер и улыбнулся. – Это не женщина, это…

– Дурочка какая-то, я фигею, – гневно высказалась гримерша-гламо, копаясь в одежном шкафу. – Ее снимали самые знаменитые люди Тиви-сети, с ней работали гримеры-профессионалы, а она… Выла-а-а-мывается еще! Мегера гигантская! Не мудрено, что без мужика до сих пор… Тьфу ты!

– Эта дурочка, дорогуля, за день заработала нашу с тобой годовую ставку, – улыбнулся гримерше продюсер. – Вот это хватка! Я валяюсь… Удвоить гонорар с полпинка… Какая женщина!

И известный продюсер уставился невидящим взоров в стенку комнаты, мечтательно улыбаясь.

Previous

Паук

Next

Ненаследный охламон

1 Comment

  1. Jay

    Рассказ написан для проекта «Недельник» на тему «Рекламная кампания «Выдать умницу замуж!»».
    Мне кажется, что рассказ получился… а вам?

Добавить комментарий

Powered by WordPress & Theme by Anders Norén