Беседа с писателем Сергеем Лукьяненко. Опубликовано в журнале «Мир Фантастики» (4, 2004)

Рядом с нами — в метро, на улице, в подъезде — есть те, кто называют себя Иными. Светлые и Темные. Те, кто бессмертен, с кем не справиться обычным оружием.

«Первый канал» работает над фильмом «Ночной Дозор». Снимается эта лента по одноименному роману известного отечественного писателя Сергея Лукьяненко. Об этом, но не только об этом — наша беседа с Сергеем.

Экранизация «Ночного Дозора». Презентация фильма была в феврале на фестивале фантастики — «Росконе». Это первый роман трилогии о Дозорах, написанной в жанре городского триллера. Удалась ли экранизация?

На мой взгляд — удалась. Подобного у нас не снимали очень давно. С фантастическим кино у нас всегда было достаточно сложно, и здесь проект сделан достаточно масштабно, достаточно серьезно. С массой трюковых сцен и спецэффектов, да и всего прочего.

Режиссером фильма стал Тимур Бекмамбетов. Ранее он много и успешно работал в рекламе. Что скажете о его работе как кинорежиссера? Сложно было?

Нет. Как раз это было очень приятно и ужасно интересно. Тимур — человек сам по себе азартный, увлекающийся. С интересом подходящий к новому проекту, и, в общем-то, изрядная его заслуга в том, что проект, который долгое время буксовал где-то на стадии сценария, все-таки сдвинулся с мертвой точки. Все это получилось. Ну, не скажу, что мы постоянно с ним работали в контакте, но его советы по тому же сценарию — это было очень полезно.

Совсем никаких конфликтов?

Нет — конфликтов не было. Ну, если не считать конфликтами мои горестные вопли, когда требовалось в десятый раз переписывать финал очередной из серий.

В одной из ролей снялись вы сами…

Такая маленькая эпизодическая роль. Мы снимали занятия в школе магов, небольшой эпизод. Там должно было сидеть человек двадцать статистов. И, по идее Тимура, на роли этих статистов позвали нескольких московских писателей-фантастов. Там сидят и Олег Дивов, и Эдуард Геворкян, и Володя Васильев. И некоторые наши издатели. А мне, как автору, досталась роль с парой слов — своего рода «кушать подано». Я сказал что-то ехидное в адрес Антона Городецкого, а потом усилием воли поднимал металлический лист. Для этого я старательно таращил глаза, делал всякие могучие пассы. Лист поднялся. В общем, было очень смешно.

Виденье персонажей, ваше и режиссера, по идее, должно быть различно…

Одни персонажи мне понравились очень сильно — хорошее попадание в образ. Прекрасно сыграл Владимир Меньшов в роли Гесера. Это та интонация, которую на самом деле хотел сохранить и в книге. Этот могучий древний маг на самом деле ведет себя, как крупный чиновник времен Советского Союза, он эдакий партийный деятель. Не просто истребитель чудовищ, а бюрократический истребитель чудовищ. Отчасти. Это получилось очень хорошо.

Очень хорошо Виктор Вержбицкий сыграл Завулона. Такая неприятная и вместе с тем мощная фигура. Отлично сыграла Жанна Фриске в роли Алисы. Молодой артист Алексей Чадов в роли вампира Кости был на своем месте. Практически по всем героям, даже второстепенным, попадание есть. Большое расхождение как раз в образе Антона Городецкого. Константин Хабенский — отличный актер, и он просто великолепно играет, но как раз трактовка этого персонажа у меня была несколько другая. В романе у меня Антон более деятельный и агрессивный. А в фильме он больше философствующий и страдательный. Это было и в книге, но режиссер сделал упор не на то качество, что видел я. Выделил не ту черту личности. Но это полное право режиссера — находить в тексте то, что интереснее ему.

Кроме «Ночного» и «Дневного Дозоров», у вас приобретено еще несколько романов для экранизации. Если я не ошибаюсь — ОРТ купило еще «Лабиринт отражений», «Dом-фильм» берется за «Осенние визиты» и «Спектр», а «Hовый русский сериал» запланировал экранизацию «Рыцарей сорока островов», «Hе время для драконов» и «Генома». Что-то сдвинулось с места?

Там ситуация очень, на мой взгляд, забавная. Насколько я знаю — везде идет работа над сценариями, идут поиски режиссеров. Но у меня есть ощущение, что все выжидают, когда на экранах появится «Ночной Дозор». Может, я и ошибаюсь, но кажется, что все хотят просто посмотреть, как пойдет фильм, какой рейтинг у него будет. Вкладываются большие деньги — рисковать не хотят.

Третий роман цикла о Дозорах — «Сумеречный Дозор» — писался параллельно со съемками фильма?

Да — я столько сидел с этими сценариями, что поневоле вновь увлекся своими героями. Снова захотелось немножко в этот мир окунуться. Как-то сама собой написалась одна часть — и пошло-поехало.

«Сумеречный Дозор», мне кажется, радикально отличается от предыдущих романов трилогии…

Все три романа — это, в принципе, некие этапы роста Антона Городецкого. Грубо говоря — это история человека. Который от рядового выслуживается если не до генерала, то до полковника. И, соответственно, его взгляд на мир и его участие в событиях постоянно разное. Понятно, что солдат в окопе имеет о войне совершенно другое представление, нежели майор в штабе и генерал, который рисует линии на карте. Мне кажется, что в этом есть какой-то интерес — все события показаны с точки зрения героя, который сам постоянно меняется, обретает все большее понимание происходящего. Написать еще несколько одинаковых историй совершенно в духе «Ночного Дозора» на уровне беготни за вампирами, схватки с очередной бандой оборотней — такой сериал можно тянуть бесконечно, но смысл?

Это авторам фанфиков-продолжений отдадим?

Ну да. Хотя и среди фанфиков есть крайне любопытные вещи. Например, наш московский автор Виталий Каплан сделал крайне любопытный фанфик. Иным становится человек глубоко религиозный. Православный, воцерковленный. Для него магия не может быть доброй или злой — она в любом случае зло. Очень интересно описание того, что творится в душе этого человека, когда к нему приходят и объясняют, что он Иной. Потом перед ним встает дилемма: воспользоваться ли имеющейся силой для благих дел? Воспользоваться и все равно погубить себя… Этот очень любопытно, я бы так написать не смог, поскольку я не воцерковленный человек. Виталий писал именно со своей точки зрения. Есть фанфики, которые не просто продолжают приключения, а дают что-то свое, новое.

Заметил, что эдакий усталый цинизм и какая-то тяга к романтике и подростковому максимализму просто воюют в вашей трилогии. А в вас самом что побеждает чаще?

Наверно, половинка на половинку. В принципе, наша жизнь не может не приводить к какому-то усталому цинизму, равнодушию, злости на происходящее. Но главное — не дать всему этому победить, разумеется.

Вы как-то признались, что в книгах часто используете реальных прототипов. К примеру, почти все основные герои романа о виртуальном городе Диптауне — «Лабиринта отражений» — срисованы с виртуальных друзей. В «Сумеречном Дозоре» тоже было так?

Самый яркий и реальный персонаж — это Лас. Он в самом начале обычный человек, но потом становится иным. Это действительно хороший мой знакомый, который именно такой в жизни, каким он описан в книге. Человек со своеобразным и любопытным чувством юмора. Почти все байки, которые он пересказывает Антону Городецкому, эти ночи под гитару в жилом комплексе и т.д. — это все реальные истории.

Лас в чем-то похож на Падлу из «Лабиринта отражений»…

Похож. Хотя Падла писался совершенно с другого человека. Такие персонажи редки в жизни, но они очень колоритны. Если бы их было много, то жить было бы трудно. Но без них совсем пресно.

Есть ли какие-нибудь скрытые шутки в «Сумеречном Дозоре»?

С ходу все, боюсь, и не вспомню. Например, там есть сцена, когда Антон входит в кабинет Гесера и видит в его шкафу странные вещи — стеклянные, оловянные, деревянные. Рисунки с изображениями чащи или парашютов. Там большой абзац, построенный на правилах правописания русского языка, которые изучаются в начальных классах. Например, «жи»-«ши» пиши через «и», «ча»-«ща» пиши через «а» и т.д.

Часто слышу в Сети, что эксперимент с интерактивным написанием романа «Призрачные витражи», завершающим романом трилогии «Лабиринт отражений», оказался не очень удачным… Как вы сами оцениваете эту акцию?

Я тоже считаю, что это не лучший вариант создания романа. Может, потому, что я с самого начала поставил задачу — честно вести линию сюжета под влиянием читателей, пользоваться их советами. Может, из-за этого получилась такая ситуация, когда лебедь, рак и щука тянут в разные стороны. Когда Кир Булычев писал подобным образом в «Пионерской правде», то там тоже был элемент интерактивности: «Присылайте письма, дорогие дети». Но обычно это писалось так: «А как вы думаете, что найдет Алиса на этом астероиде? Может, она встретит там мальчика с космического корабля?», и т.д. Хотя потом Булычева, бывало, обвиняли в том, что он ворует идеи у пионеров, но это был просто замечательный ход для привлечения внимания юных читателей. А в «Призрачных витражах» я действительно пытался колебаться вместе с «линией партии».

Ваши награды на «Интерпрессконе», «Евроконе», титул «Лучший писатель Европы». Как сами относитесь к такому водопаду наград и титулов? Не давит ли ответственность?

Мне помогает то, что я к этому отношусь с иронией. Вот стоит у меня шкаф — такая выставка тщеславия со всеми этими призами. Я даже не смогу их все по памяти перечислить. Получаю их часто и много. Наверно, все наши призы собрал. Да уже немного и «не наши». Если честно, то главное достижение — это интерес читателей к книгам.

А кого из ваших коллег по цеху вы считаете достойных таких же премий, званий и призов?

У нас много прекрасных авторов и большая их часть не остается без призов. Хотя наиболее обделенный, без основания на то — Ник Перумов. Я думаю, именно Нику следует вручить какие-то из этих призов, призы особого читательского внимания — он давно их заслуживает. Но, в целом, авторы, которых читаю я, награждаются тоже довольно часто. Мария и Сергей Дяченко, Владимир Васильев и Вячеслав Рыбаков, Евгений Лукин… Вся наша основная обойма писателей, скажем, среднего поколения — она не обделена. Или Леонид Каганов, из молодых наших авторов — вышло пока всего две книги — уже получил и премию «Странник», премию Профессионального жюри, и премию «За лучший дебют». На самом деле, все эти премии — достаточно объективное отражение уровня автора.

Кого вы выделяете в современной фантастике и литературе вообще? Западной, русской?

Наших я назвал. Еще бы выделил «Вариант бис» Анисимова — совершенно необычный вариант альтернативной истории, хорошо проработанный именно исторически. Я не знаю, как часто этот автор будет работать в фантастике, но книга крайне любопытная. Стараюсь следить за многими, но это нереально.
Из западных авторов последнее время увлекаюсь Терри Пратчеттом. Мне нравится его английский юмор. Я давно люблю книги Вудхауза, люблю неторопливую английскую улыбку. Также Вернор Виндж — один из наиболее любопытных авторов, реально, затейливо умеющий конструировать миры. Правда, сюжет у него не всегда удачный и неожиданный. Приключения несколько стандартны, но вот антураж, который он создает, крайне любопытен. Одна только его теория вселенной, где мыслительные процессы по мере удаления от центра ускоряются…

Вам больше нравится писать рассказы или большие романы, циклы?

Рассказы и романы — это совершенно разные вещи. Схоже с забегом на сто метров и марафонскую дистанцию. Есть авторы, которые пишут в основном малую форму, а кто-то пишет больше романы. Им трудно в рассказ уложить то, что хочется сказать. Я пишу и то, и другое с одинаковым удовольствием. Но, в принципе, интереснее писать рассказы, потому что они пишутся быстро, ты сразу получаешь результат. Роман же — это полгода, год, в идеале — три-четыре месяца. Если текст хорошо идет — здесь надо полагаться не только на вдохновение, но и на каждодневную непрерывную работу. Иногда через «не хочу» и через «бросить бы все это».

Как-то Стивен Кинг пожаловался, что жанр малой прозы тихо умирает. Это отмечают и в России?

Был период, когда это было верно. Рассказы выходили в очень небольшом количестве журналов. Авторские сборники не публиковались. Малая проза просто не находила выхода. Наши признанные мастера, как Евгений Лукин, вынуждены были переключаться на большую форму: малую невозможно было опубликовать. Сейчас ситуация изменилась: появилось множество антологий, появились сборники фантастики и фэнтези, тематические антологии. Недавно вышла антология фантастики про кошек. Много известных авторов написали рассказы именно на эту тему. Возможность печатать рассказы появилась, и сразу все ожило, за последние два-три года.

Правда, что чаще вы пишете под музыку?

Да, конечно. У меня есть круг авторов, которых я ставлю в зависимости от того, что собираюсь писать. Из наших — группы «Пикник», «Зимовье зверей», очень интересный автор-исполнитель Олег Медведев. Из западных — «Queen», «Enigma», «Enya», «Alan Parson»s Project». Подчас музыка — эмоционально насыщенная. Главный принцип — музыка должна быть хорошо знакома, чтобы не заставляла вслушиваться и не отвлекала.

Вы давно являетесь «постоянным обитателем» интернета. Не хотелось бы вам в Сети спокойно заявлять: «да, я Сергей Лукьяненко»?

Болтаться в интернете под своим именем — это лавина общения, вопросов. Со стороны пионеров — и пингование, и «пощупаем мы этого писателя, что за файервол у него стоит». Наверное, хотелось бы, но я прекрасно понимаю, что это уже невозможно. Если я появляюсь на каком-нибудь IRC-канале или «Мурчате» (http://murchat.ru/), то не под своим именем. Заходил недавно, посмотрел, интересно.

А где бываете в Сети?

Это в основном какие-либо форумы. Например, «Нуль-Т» на сайте www.rusf.ru, или просто захожу за почтой.

А любимые страницы в Сети? Ну, кроме своей собственной, официальной?

В первую очередь — страница Леонида Каганова (www.lleo.aha.ru). Забавный проект — он ведет онлайн-дневник, аналог Живого Журнала, который всегда интересно читать. Также это те страницы, которые так или иначе посвящены мне — неофициальный сайт по фильму «Ночной Дозор» (dozor.kinofant.ru), неофициальные FAQ»и по моим книгам (ale-khaznt.pp.ru) — такая веселая страница. Из нефантастических сайтов я люблю сервер lapsha.ru.

Часто слышал о ваших увлечениях компьютерными играми. Какая игра сейчас у вас в фаворитах?

Сейчас поставил «Принц Персии: Пески времени». Хочу вспомнить с ностальгической ноткой все эти прыжки, драки на мостах. Я больше люблю 3D-экшены. Из последних играл в «Chaser» и в «Хром». Достаточно забавно. Хотя, конечно, как все любители подобных игр, я жду 3-го Doom»а и готовлюсь к тому, что мой мощный компьютер окажется слабым. Как всегда.
А из наших игр мне очень понравились вторые «Демиурги». Недавно поиграл — вполне симпатичная игра. Достаточно интересны стратегические игры, типа «Героев Меча и Магии». Ну, и ролевые игры, но давно что-то ничего интересного не появлялось. Мне кажется, после Arcanum»а ничего запоминающегося не было.

На своем сайте вы крепко прошлись по «Матрице», а что скажете о шумной экранизации романа Толкина «Властелин Колец»?

Мне очень понравились первые две части. Третью еще не видел. Думаю, что и третья не оплошает. По-моему, сложился прекрасный и актерский, и творческий коллектив, который сумел достойно перенести эту эпопею. Можно отдельные слова говорить и о мастерстве создателей виртуальных персонажей — Голлум стал вполне прекрасным актером, за которым следишь с таким же интересом, как и за Элайджей Вудом (Фродо). На мой взгляд, это очень и очень удачная экранизация. Я бы на месте Толкина порадовался.

Видели ли вы экранизацию книг Джоан Роулинг о Гарри Поттере?

Тут и книга попроще, и экранизация. В целом — достаточно качественная иллюстрация книги. Что-то хорошо, а что-то плохо. Персонажи подобраны не очень удачно. Спецэффекты тоже не совсем захватывают. Просто иллюстрация к модной книжке.

А что еще вам запомнилось из современных нашумевших фильмов?

Громких кинопремьер стараюсь не пропускать. С ностальгией посмотрел третьего «Терминатора». Вздохнул. Я люблю первые два фильма и Шварценеггера, но третья часть — это уже не то. Вот Джексон действительно порадовал экранизацией Толкина. Если он возьмется еще и за «Хоббита», будет здорово.

В наш журнал сейчас приходит поток работ начинающих авторов. Вы сами ведете мастер-классы для начинающих писателей на различных фестивалях фантастики. Вот только что был Роскон … Нужно ли это вообще?

Безусловно, нужно. Я в свое время сам прошел через школу подобных семинаров, проходивших при журнале «Уральский следопыт», — это, наверное, самый близкий аналог того, что проводится на Росконе. Тоже времени три часа, съехались авторы со всей страны, обсудили быстренько рукописи и разъехались. Но это не полноценный мастер-класс. Полноценные же семинары проводились в Малеевке и Дубултах. Там люди собирались на две недели, все читали друг друга, и все это внимательно и очень серьезно обсуждали. Вот это действительно была очень хорошая школа. У нас на мастер-классе были — я, Володя Васильев и ряд других авторов, может быть, не прошедших как-то далеко в фантастику. Хотя Борис Крылов достаточно активно работает. В нашей группе был Сергей Переслегин — один из самых известных критиков и исследователей фантастики.
Мы «разбирали» друг друга жестко и совершенно беспощадно. Каждый считал своим долго максимально навешать товарищу для его же блага. Это было очень полезно. Меня тогда порекомендовали в издательство «Детская литература». Правда, издательство успело только заплатить мне гонорар, согласовать гранки. На этом и погибло, так и не выпустив свой последний сборник «Мир приключений». Было очень обидно, так как я в детстве обожал эти сборники. И когда подумал, что я там опубликуюсь, то был очень рад. Но не сложилось.
Сейчас подобный мастер-класс повторить нереально — собрать людей со всей страны на две недели, да даже на одну?.. Спонсоров не найти, сам начинающий автор не сумеет оплатить расходы. Ну, что можем, то и делаем на Росконе. Советы даем, тексты разбираем. В принципе, появляются и новые авторы, и новые имена. Это полезно отчасти и для тех, кто ведет мастер-класс.

В одном из интервью вы назвали Гюго и Диккенса своими учителями. А какие их произведения особо вами выделяются?

У Гюго, конечно, «Собор Парижской богоматери», «Человек, который смеется» и «Отверженные». У Диккенса, пожалуй, хрестоматийное: «Записки Пиквикского клуба» и «Оливер Твист». Ну, и «Дэвид Копперфильд», конечно.

Приоткройте завесу тайны — что у вас сейчас в работе? В одном из последних интервью вы сказали, что после «Сумеречного Дозора» возьметесь за что-то совсем на вас непохожее. Говорят о сиквеле «Рыцарей сорока островов».

В Сети есть большой кусок от сиквела, начатый очень давно. Я понимаю, что могу его продолжить, но для этого требуется определенное состояние духа. Пока я не готов за него сесть.

Сейчас в работе новый роман, который даже не имеет названия. Условное название «Кешью», как орехи. Это название, безусловно, не сохранится. Роман не примыкает ни к каким циклам. Я пока сам не знаю, куда меня выведет кривая. В какой-то момент, когда я понял, что происходящее может иметь массу объяснений, я сразу написал один эпизод. В нем главный герой, вокруг которого начинаются различные странные события, приходит за советом к писателю-фантасту. Такой условно-собирательный образ. Писатель выслушивает нашего героя и начинает ехидно рассуждать: если бы я был Лукьяненко, то все объяснялось бы так, если бы я был Дяченко, то было бы только так. Ну, а если бы я был Головачевым, то все кончилось бы совсем иначе.

Таким образом, я героически уничтожил перед собой все варианты развития событий, которые придумал, раздав их всем остальным авторам. И теперь сижу и стараюсь выдумать что-то совершенно необычное. Все начинается в наше время, в нашей стране, но, чувствую, скоро уйдет совсем далеко. Вещь еще до конца не оформилась, и может превратиться во что угодно.

Можно несколько слов для читателей журнала?

У вас интересный и очень необычный журнал, не имеющих аналогов среди тех, что сейчас выходят. Это не комплимент и не претензия — это констатация факта. Хочется, чтобы читатели журнала, интересуясь фантастическими фильмами и играми, не утрачивали интереса и к книге. Все-таки книга лежит в основе. Она — в основе самых удачных фильмов. Да и самые качественные игры появляются тогда, когда сюжетом занимается писатель-фантаст. Например, ролевая игра «Planescape: Torment». Хочется, чтобы у журнала был свой читатель. И были свои талантливые авторы, разумеется!