На смотровую площадку Пашка прискакал ранним утром. Зачем? А сам не знал. Прижался носом к прохладному стеклу огромных окон и в тысячный раз стал разглядывать бархатное одеяло космоса в бисере звезд.

Если бы у меня был свой кораблик, думал Пашка, я бы полетел сначала к Коляньчику. Тот с родителями живет на планете-океане. Там плавают огромные глупые баруты. На их спинах можно кататься. Или просто купайся, сколько влезет. Там особая вода — в ней дышать можно. Только научиться надо. Друг обещал научить.

А потом полечу к бабушке, размышлял Пашка. Она живет на станции около ледяной планеты. Бабушка разводит ушастых хаттанов. С прикольными перламутровыми зверьками можно играть в догонялки, носясь по станции.

После надо слетать к Светке с седьмого уровня, подумалось мальчику. Она с мамой сошла с корабля неделю назад — на туристической планетке. Просто слетать, потому что Пашка очень соскучился.

Мальчишка стоял у огромного иллюминатора. От потолка до пола. Стоял до позднего вечера.

— Ты где был? — сердито спросила мама, когда Пашка вернулся домой. — Ты даже обед пропустил.
— Я был в гостях.
— У кого?
— У Коли, у бабушки, у… всех.
— И как же ты успел? — хитро спросила мама и задрала вопросительно брови.
— Так день же большу-у-ущий был.
И Пашка для убедительности развел руки широко-широко в стороны.